суббота, 24 марта 2012 г.

Добронзовелись



Второй подряд биатлонный сезон завершился для России провалом. На чемпионате мира в Рупольдинге, как и на прошлогоднем чемпионате мира в Ханты-Мансийске, российская сборная не одержала ни одной победы. На следующей неделе президенту Союза биатлонистов России (СБР) Михаилу Прохорову предстоит определиться, идет ли речь о глубоком системном кризисе или о временных проблемах, которые не требуют очередной большой кадровой чистки.


Три года в спорте — срок довольно большой, и многие подробности биатлонного чемпионата мира в корейском Пхенчхане, конечно, уже стерлись из памяти. Тем забавнее их освежить.

В Южную Корею российская сборная приехала, оставшись накануне турнира из-за бдительности экспертов Всемирного антидопингового агентства (WADA) без трех ведущих биатлонистов — Екатерины Юрьевой, Альбины Ахатовой и Дмитрия Ярошенко. Скандал был громким, и в Пхенчхане российские спортсмены убедились, что подобный прокол может вызвать недоверие ко всей команде. Откровеннее остальных свое мнение выражал работавший в Швеции немецкий тренер Вольфганг Пихлер, который собирал подписи под призывом дисквалифицировать всю "замазавшуюся" российскую сборную.

Дисквалификация не состоялась. А российские биатлонисты в Пхенчхане выступили на своем высоком уровне, одержав две победы и добавив к ним еще четыре награды.

Человек, на эти три года забывший о биатлоне и решивший включить телевизор ради мирового первенства в Рупольдинге, мог бы испытать легкий шок. Неизвестно, от чего в первую очередь: то ли от того, что "враг России" Вольфганг Пихлер, оказывается, уже трудится на Россию, руководя ее женской сборной, то ли от его итогов. В Пхенчхане, потрепанная WADA, она уверенно заняла привычное место в топ-тройке медального зачета, совсем немного уступив Норвегии и Германии. В Рупольдинге — наскребла жалкие две бронзы и о тройке не могла и мечтать.

Разместись немецкий чемпионат в календаре пораньше — предположим, в феврале, возможно, кому-то из оппонентов Михаила Прохорова на президентских выборах и пришло бы на ум попользоваться "биатлонной картой". Слишком выходило доходчиво, плакатно. Вот приходит миллиардер, много рассуждающий о том, как надо эффективно управлять страной, в конце 2008 года управлять вполне успешным видом спорта. На первом чемпионате мира, на старом багаже, несмотря на допинговые проблемы, сборная России доезжает до тройки. Через год, на Олимпиаде в Ванкувере, цифры уже чуточку хуже — те же два золота, но "гарнир" пожиже — серебро да бронза. Еще через год — провал на домашнем чемпионате в Ханты-Мансийске: российская сборная ограничивается тремя серебряными медалями. А теперь вот — конфуз в Рупольдинге. Кривая, иллюстрирующая достижения российского биатлона при Михаиле Прохорове на главных турнирах сезона, была бы очень похожа на траекторию самолета, из-за ошибки пилота зашедшего в крутой штопор, из которого машину уже не вытянуть.

Но оценивать его курс на протяжении этих четырех сезонов предстоит не полагающимся на эмоции дилетантам, а профессионалам. Тренерский совет СБР соберется на следующей неделе. И, как бы скверно ни смотрелись российские биатлонные показатели в финальной части сезона, дискуссия, надо полагать, там будет жаркой. Такая дискуссия может длиться долго, потому что на каждый довод защитников курса у их оппонентов найдется свой — и наоборот. Смоделировать ее основные тезисы при желании можно хоть сегодня.

Защитники наверняка скажут, что нынешний сезон продолжением сезона предыдущего считать нельзя. Год назад ханты-мансийская катастрофа логично вытекала из мутного болота Кубка мира. Две кубковые победы россиян не могли конвертироваться во что-то более серьезное. А нынешний чемпионат мира в Германии из Кубка мира не вытекал никак. Его вообще надо оценивать как бы отдельно от всего сезона, который в целом-то недурен. Сборная России в Кубке мира выиграла восемь гонок плюс — как мужской, так и женский Кубки наций: то есть де-юре была сильнейшей среди всех. А осечка на мировом первенстве — это отчасти производное от несчастливых обстоятельств.

Оппоненты усмехнутся: а разве год назад биатлонные тренеры и чиновники, комментируя кубковые беды, не воскрешали старую советскую мантру насчет того, что в сезоне по-настоящему важен лишь турнир, его венчающий, а все другие — не более чем подготовка к главному бою? А Кубок наций — это что-то вроде средней температуры по палате. К тому же в действительно командных дисциплинах — эстафетах — российская сборная в Рупольдинге была совсем уж бледной.

А вся яркость сезона заключается в том, что зимой россияне довольно часто добивались успехов на отдельных этапах Кубка мира, все равно уступив по их числу и немцам, и норвежцам, и французам. А за личные Кубки мира — и вправду престижные призы — не сражался никто из них. У лучших, Антона Шипулина и Ольги Зайцевой,— восьмая и шестая позиции в классификации, отставание от обладателей Кубка, француза Мартена Фуркада и немки Магдалены Нойнер,— с Гранд-Каньон величиной.

Защитники курса тут тоже могут улыбнуться: а вы знаете, что вообще-то в последний раз россияне завоевывали Кубок мира еще в прошлом веке? Выходит, что в этом смысле ни о каком регрессе говорить не стоит. Зато не обратить внимание на прогресс — преступление. Мужская команда чуть ли не в полном составе попадала зимой на кубковые подиумы. Евгений Гараничев и Андрей Маковеев выиграли первые в жизни личные гонки. При этом все, кроме Маковеева, Антона Шипулина и Евгения Устюгова,— новички в основе. Все очень молоды: Гараничеву — 23, Тимофею Лапшину и Шипулину — по 24, Дмитрию Малышко — только-только исполнилось 25... Да и Устюгов с Маковеевым — отнюдь не старички из клуба "кому за 30", в котором легко обнаруживаются примы конкурентов — норвежец Уле-ЭйнарБьорндален, немец Михаэль Грайс, австриец Кристоф Зуманн, шведы Карл-Юхан Бергман и БьорнФерри. У этой команды все впереди. Как и у 24-летней Ольги Вилухиной, бронзового призера Рупольдинга, за несколько месяцев сменившей статус дебютантки первой сборной на статус второй по продуктивности российской биатлонистки после Ольги Зайцевой.

Оппоненты возразят. Давайте взглянем на возраст некоторых зарубежных героев сезона и тех, кто уже до этого отмечался прорывами на пьедестал на топовых состязаниях. Немцу АрндуПайфферу едва стукнуло 25, как и Малышко. Словенцу Якову Факу — 24 года. Норвежец ТарьейБе иФуркад — ровесники Гараничева. У женщин картина похожая. Белоруске Дарье Домрачевой, на флажке отдавшей Кубок мира закончившей карьеру Нойнер,— всего 25, как француженке Мари Дорен-Абер и немке Тине Бахман. Лидеру сборной Франции Мари-Лор Брюне — 23. Еще одной представительнице сборной Германии, блеснувшей в рупольдингской эстафете, МириамГесснер — 21. Люди, утверждающие, что "поляна расчищается под Россию", выдают желаемое за действительное.

Адвокаты курса заметят на это, что полностью реализовать потенциал сборной России прямо сейчас было невозможно. После прошлогоднего провала в Ханты-Мансийске сменился весь тренерский штаб сборной. А приход Пихлера означал и внедрение новых методик подготовки у женщин — связанных и со сверхнагрузками в тренажерном зале; и с изнурительными кроссами; и с веломарафонами. Спортсменам приходилось привыкать к требованиям тренеров, тренерам — к особенностям своих подопечных. Нет ничего удивительного в том, что попасть в яблочко на пике формы, который должен был прийтись на Рупольдинг, не вышло.

Оппоненты и тут найдут повод прицепиться к словам. Исполнительный директор СБР — Сергей Кущенко — остался прежним. А что, главный тренер Валерий Польховский, старший тренер мужской команды Андрей Гербулов, долго работавшие со сборной до того, как биатлон достался Михаилу Прохорову,— новые в нем люди? И существуют ли гарантии того, что нагрузки Пихлера, если причина медлительности россиянок на лыжне в них, когда-нибудь принесут пользу?

Есть подозрение, что однозначного ответа ни на один из вопросов получено не будет. И подозрение, что, какими бы ни были кадровые решения СБР ближайших дней, все они в той или иной степени будут стрельбой наугад. Уверенность есть только в том, что очень многие — даже официально не имеющие к биатлону никакого отношения — спортивные руководители захотят, чтобы "мишени" закрылись. Ведь все они очень хорошо помнят, как летели головы чиновников, когда завершилась Олимпиада в Ванкувере, после которой Россия обнаружила себя на 11-м месте медальной таблицы. А биатлон ведь принес ей две трети убогого ванкуверского золотого запаса. И все хорошо помнят, что до Олимпиады в Сочи осталось два года.

Подробнее: http://kommersant.ru/doc/1898469

"Коммерсантъ-Online", 23.03.2012 // 00:33

Главный тренер сборной России по биатлону ВАЛЕРИЙ ПОЛЬХОВСКИЙ в интервью корреспонденту “Ъ” ВАЛЕРИИ МИРОНОВОЙ признался в том, что минувший сезон считает провальным. Однако заметил, что нельзя забывать о позитивных тенденциях, наметившихся в работе Союза биатлонистов России (СБР) и сборных командах страны.

— Ваши ожидания от второго прихода в сборную совпали с реалиями?

— В целом да. И особенно в рабочем аспекте. В прошлом году мы провели ряд системных мероприятий, которые, уверен, принесут плоды. Главное — запущен механизм, который будет функционировать независимо от того, кто им управляет, Петров, Сидоров или Польховский. К шести уже имевшимся командам — юниорским, молодежным и сборным А — мы добавили мужскую и женскую команды В. Теперь в здоровой конкуренции все спортсмены имеют возможность попасть на любой уровень — вплоть до этапов Кубка и чемпионата мира. Такая же конкуренция должна быть среди тренеров, сервисменов, врачей и массажистов. Изначально идея была такая. Другое дело, как она реализовалась.

— Неважно…

— Не согласен. Мы, например, реорганизовали систему отбора, и тренеры с территорий поняли, что и их воспитанники могут попадать на ответственные старты, минуя подготовку в сборных. Например, в Рупольдинг мы взяли по двое выдержавших отбор мальчиков и девочек. Однако выступление россиян оказалось провальным. Тренерский совет 28 марта сделает детальный анализ и найдет пути выхода.

— Но разве ваш огромный опыт не позволяет сделать экспресс-анализ уже сейчас?

— Анализируя динамику выступлений в сезоне, например, Евгения Гараничева, скажу, что на первом кубковом этапе он был плох. А на втором показал лучший вариант, уступив лидеру всего три секунды на километре. В Нове-Место в индивидуальной гонке опять случился запад в скорости. Но в пасьюте Женя уступил лидеру всего 0,5 секунды на километр. Вывод: плохо работали лыжи. Начиная с января и до середины февраля он проигрывал лидеру максимум 3–1,4 секунды на километр. И другие ребята, кстати, тоже были хороши. А в спринте в Рупольдинге у Гараничева случился провал — десять секунд на километр. Где растаяли восемь секунд? Разберемся.

— Может, сказался недостаток опыта? Дебютант все-таки.

— В большей степени сказались плохая работа лыж и промашка в подводке. Ведь уже в пасьютеГараничев проигрывал лидеру по две секунды на километр. Да и вся команда показала едва ли не лучшую скорость в сезоне. В масс-старте Женя поиграл 5 сек./км, а в Ханты-Мансийске бежал и вовсе отменно — от 1 до 1,4 сек./км от лидера. Получается, что от Нове-Место до Хантов он прошел в хорошей форме, а единственный залет случился у него в спринте на чемпионате мира, который определил розыгрыш медалей и в пасьюте. После чемпионата мы собрали сервис-бригаду и показали, где случился проигрыш. Впрочем, недоработки были и у нас.

— Зачем вы пригласили австрийскихсервисменов?

— Лично я РайнхардаНойнера раньше не знал. Но его послужной список свидетельствует о том, что прежде со своими обязанностями он справлялся неплохо. Его и еще двух австрийцев рекомендовал нам Вольфганг Пихлер. И в принципе этот момент положительный. Летом на собрании мы решили назначить старшим Нойнера, но все вопросы в интернациональном коллективе из трех наших специалистов, трех австрийских, белоруса и немца должны были решаться коллегиально. Однако коммуникации между собой они не нашли.

— Из-за профессиональной ревности?

— Похоже, так. Хотя мы неоднократно пытались убедить ребят работать профессионально и довести сезон до конца, ничего путного из этого не вышло. Нойнер, убеждая коллег сделать по-своему, брал ответственность на себя, а спортсмены регулярно жаловались на плохую работу лыж. В результате Ольгу Вилухину перевели к другому специалисту. И не только ее одну.

— Вернетесь к мононациональному варианту?

— Команда должна быть интернациональная. Но смена одних специалистов на других возможна. Так происходит во всех сборных мира. Любому специалисту кто-то когда-то скажет «нет». Работа с лыжами — процесс тонкий. У нас нет времени учиться самим, но в любом случае команда сервисеров должна быть единой по духу. Скольжение зависит от трех факторов. Процентов на 60–70 — от качества самих лыж, поэтому сервисеры должны иметь доступ к лучшим фирмам и их лучшим образцам. Процентов на 20–30 — от структуры, для чего мы уже купили две штайншлифт-машины, на которых будет работать уникальный специалист, переговоры с которым сейчас ведет СБР. И наконец, на 5–10 процентов — от смазки.

— Вот почему президент Федерации лыжных гонок России Елена Вяльбе взяла в сервис-группу эстонцев?

— Конечно. Эстонцы прошли норвежскую школу и очень многое там почерпнули. Существует масса вариантов нанесения структур. Мы пользовались только теми, которые наносят фирмы, а финны, норвежцы, немцы, шведы уже давно пользуются своими вариантами. Шведы на чемпионате мира отработали прекрасно, в первую очередь за счет отменной работы лыж. Они уже летом готовят структуры на зиму. Скоро и мы начнем наносить на лыжи структуры, которых не будет больше ни у кого.

— Значит, российским сервисменам придется смириться?


— Другого варианта нет. Ошибка была в том, что наши ребята предлагали Нойнеру действовать совместно, а он принимал решение в одиночку. Как руководитель он со своими обязанностями не справился. Минспорта вкладывает средства в разработку отечественных парафинов и мазей, мы их тестируем, и, надо сказать, и у нас появились очень интересные продукты.

— Раньше вы совмещали работу главного и женского тренера, сейчас вы только главный. В чем разница?

— Теперь могу больше внимания уделять тренировочной работе во всех восьми российских командах. Основа для результата — правильная система подготовки. Мы выстроили работу так, что она мгновенно дает результат при попадании спортсменов из резерва в национальную команду. Пример — Малышко, Гараничев, Лапшин. За два года в «молодежке» они заложили базу, позволившую им без проблем справиться с повышенными нагрузками в главной команде и взойти на пьедестал. Определяя направление тренировок, мы контактируем с Николаем Лопуховым. А средства достижения целей можно менять, как говорится, и по ходу пьесы. Еще недавно у главного тренера юниорской сборной Александра Касперовича на все было свое мнение. Но за два года совместной работы он его поменял. Сейчас юниорская команда выступает прекрасно, и мы имеем в ней прекрасных бойцов Александра Печенкина, Александра Логинова и Максима Цветкова. Логинов уже был вторым на Кубке IBU, и это значит, что наша методика дает плоды. Причем без форсажа. Нас ругали: мол, нет у юниоров результата. Но на юниорском уровне его и не должно быть. Пусть уж лучше спортсмен станет чемпионом мира среди взрослых, чем за счет форсажа в юниорах.

— Как складываются ваши отношения со старшим тренером мужчин Андреем Гербуловым?

— Между нами непонимание. Больше на эмоциональном уровне. Но и с некоторыми рабочими моментами, которые Андрей Александрович трактует по-своему, я не согласен. И об этом я говорил руководству. Теперь не мне решать. А ведь именно я приглашал Гербулова на работу.

— А с Вольфгангом Пихлером понимание есть?

— Пихлеру и Павлу Ростовцеву были отданы лучшие спортсменки. Но нагрузка, которая была им предложена, оказалась несоизмеримой с их возможностями.

— А где же был главный тренер с его пониманием тренировочного процесса?

— До сентября подготовка велась на хорошем уровне. На летнем чемпионате России в Уфе спортсменки из команд А и В заняли места с 1-го по 13-е место, и все были довольны. Когда я приезжал на сборы, Пихлер говорил, что все идет по плану. Работали на большом объеме, и все контрольные тесты, которые Вольфганг годами проводил со своими шведскими воспитанницами, наши девчонки били не на какие-то там секунды, а кратно. Промах случился на сборе в Рупольдинге. Обычно в октябре мы сбрасывали нагрузки. Но на этот раз девочкам предложили, наоборот, увеличить их интенсивность.

— И вы об этом не знали?

— Я даже не предполагал такого развития ситуации. Сигнал дал Николай Загурский: что-то не то. Мы ведь договорились с Пихлером, что вторую часть отборочных к Кубку мира стартов проведем 18–20 ноября. А он провел их 7–8 ноября. «Хочу,— сказал он,— чтобы девочки не нервничали и потом спокойно готовились к этапам». Получилось, что они интенсивно поработали после летнего чемпионата, а через две недели уже отбирались на снегу. Считаю, просчет был допущен в период с 1 октября по 8 ноября.

— Не хотите опять возглавить женскую команду? Или мужскую?

— Не хочу никого подсиживать. Люди работают, и пусть. А с Пихлером у меня нормальные рабочие отношения. Мы же не обязаны дружить? Считаю, для него и его команды сделано все необходимое как со стороны Минспорта и СБР, так и с моей. Например, я предложил им усиленно поработать над первым выстрелом. Обсудили, приняли. Делали — не делали, но свое мнение я высказал. И подводку к чемпионату мира мы обсуждали вместе. Но Пихлер сказал: «Нет, пойдем по этапам Кубка, девочкам без соревнований будет плохо». Пришел специалист с хорошей историей, и, если мы начали бы его за веревочки дергать — сюда не езжай и это не делай,— не стоило и приглашать. Ему никто не мешал, и сегодня он полностью реализовал все что мог. Теперь, считаю, мы вправе корректировать подготовку.

— Пихлер с этим согласен?

— Не знаю. На тренерском совете тренеры предложат свое видение тренировочного процесса, там и подискутируем.

— Откуда взялся миф о нем как о «лучшем тренере мира»?

— Не знаю. Сегодня лучший тренер тот, кто подготовил обладателя Кубка мира. А Пихлер просто хороший специалист.

— Кому первому пришло в голову пригласить Пихлера и тем самым, возможно, нейтрализовать его нападки на российскую сборную образца 2009 года?

— И это решение, как в случае с Гербуловым, было обоюдное — СБР и мое.

— Как, по-вашему, зарекомендовал себя Павел Ростовцев?

— Хотелось бы, чтобы он более ярко выражал свои тренерские мысли. Может, перед Пихлером тушуется? Пожелание на будущее — быть на своем участке более настойчивым. Но по показателям в стрельбе наши одни из лучших.

— Это его заслуга или все-таки работает инерция?

— Чудес не бывает: пришел новый тренер, и завтра команда выигрывает. В циклических видах работает многолетняя подготовка. Так что, конечно, больше инерции.

— Тем не менее Ростовцеву выдали аванс, предрекая человеку, проработавшему без году неделя, в скором времени статус лучшего тренера мира. А как вообще обстоит дело с тренерскими кадрами в стране?


— Тренеры талантливые есть. И молодые тоже. Но их имена назову чуть позже. Чтобы не будоражить прежде времени сознание масс. Норвежцы тусуют свой штаб: то одни стоят на бирже, то другие. Немцы опять же свой штаб после Олимпиады поменяли. К слову, в нынешнем сезоне к подготовке Вани Черезова серьезно подключился Сергей Чепиков. И между ним и тренерами сборной было полное понимание.

— Есть ли среди юных биатлонистов таланты?

— Есть. У тренера есть шанс взять на свое усмотрение любого спортсмена даже на чемпионат мира, независимо от результата и принципов отбора. Так, мужские тренеры попросили взять в Рупольдинг Алексея Волкова. Но наибольшая ротация кадров наблюдалась в этом сезоне в мужской команде.

— Вы вообще-то не забыли, что спорт — это шоу, и народ хочет новых имен, рекордов и побед? А каким способом вы этого достигнете — спортивным ли принципом или здоровым авантюризмом — по большому счету все равно.

— Да, печальная картина на чемпионате мира получилась. Я ходил в Хантах и глаза от людей прятал. Было стыдно. За свою, прежде всего, работу. Но паники в душе все равно нет. Система запущена, все надо делать конструктивно и не бежать впереди паровоза.

Подробнее: http://kommersant.ru/doc/1898714

"Коммерсантъ-Online", 23.03.2012 // 00:34


Четырехкратный олимпийский чемпион, бывший президент Союза биатлонистов России (СБР) АЛЕКСАНДР ТИХОНОВ рассказал корреспонденту “Ъ” ВАЛЕРИИ МИРОНОВОЙ о причинах провала сборной России.

— Какую главную ошибку допустил СБР в нынешнем сезоне и смогли бы ее избежать вы, если бы по-прежнему оставались его «директором»?

— Если бы директором был я, то со мной ни один из людей, кто в СБР сейчас заправляет, не работал бы. И, наверное, сейчас не было бы так стыдно.

— Вы утверждаете, что знаете достойных специалистов, кто может и должен работать на ключевых постах в СБР, однако их имен упорно не называете. Почему?

— Не назову и сейчас. Потому что эти люди сами меня об этом просили. В СБР сложилась ситуация, при которой за лишнее слово против генеральной линии нынешнего руководства либо наказывают, либо выгоняют, либо затыкают рот.

Когда я понял, что делать в СБР мне уже нечего, то в последнем нашем разговоре попытался вескими аргументами убедить Михаила Прохорова не брать Валерия Польховского на пост главного тренера. Но он ответил, что они уже встречались и тот ему понравился больше других. «Наверное, не по своей воле пригласил, а навязали?» — спрашиваю. Прохоров промолчал. Значит, действительно присоветовали. Не иначе друг Польховского Владимир Малин (оппонент Александра Тихонова на выборах президента СБР, проигравший ему в 2006 году.— “Ъ”) и его компания. Позже я понял, Прохоров еще до прихода в СБР придерживался позиции Малина, поскольку с ним они, вероятно, соприкасались по бизнесу.

— Михаил Прохоров пояснил, чем Валерий Польховский его взял?

— Тем, что якобы очень доходчиво все объясняет. То-то, говорю я Прохорову, на экспертном совете ни Польховский, ни Андрей Гербулов, ни Николай Загурский, ни кто-либо еще из тренеров сборной не ответили ни на один вопрос. Красиво говорить — одно, а говорить по сути — совсем другое. Что касается приглашения в команду австрийскихсервисменов, то и здесь, уверен, без Польховского не обошлось. Наши сервисмены отлично работали. Но не устраивали главного тренера. Интересовался я мнением о Польховском и у спортивного начальства. Что, дескать, думаете о тренерском коллективе? Единственный человек, говорят, с которым можно разговаривать,— это Польховский. Я и не сомневался, что услышу именно это о человеке, который в свое время подставил всю нашу команду. Когда я его выгнал в Швеции прямо с чемпионата мира, «спасибо» мне сказали и тренеры, и спортсмены. А сейчас Польховского к женской команде уже и Пихлер не подпускает, а к мужской — Гербулов.

— В кулуарах говорят, будто бы Валерий Польховский не хочет, чтобы Андрей Гербулов продолжал возглавлять нашу мужскую сборную. Вы слышали об этом?


— Он переступит через кого угодно. Скорее всего, Польховский увидел перспективы мужской команды и хочет лавры получить сам. Пацаны-то подросли хорошие. Я не удивлюсь, что он сам мужчин возглавит.

— Что про деятельность тренера женской сборной России Вольфганга Пихлера думаете?

— Президент Ассоциации зимних видов спорта Германии мне сказал, что такого тренера у них в стране никто не знает. Кроме таможенного училища, никакого иного учебного заведения Пихлер не окончил, вследствие чего специального образования не имеет. Ну а шведки перекрестились, узнав, что он их покидает. На чемпионате мира в РупольдингеПихлер публично орал на недавно перенесшего онкологическую операцию Клауса Зиберта, обвиняя его и Дарью Домрачеву в употреблении допинга: «Я буду вас гноить!» Так сами немцы его урезонивали. Рикко Гросс, признанный лучшим немецким биатлонистом начала века, закончив спортивную карьеру, четыре года на тренера учился и только потом его допустили до практической работы со сборной.

— Тем не менее великая Магдалена Форсберг утверждает, что только благодаря Пихлеру она добилась всех своих результатов...

— Галину Кулакову надо было тренировать? А Пушкину надо было планы писать, как стихи сочинять? Талант — его никуда не денешь.

— А почему не пригласили Гросса? Ведь, прежде чем остановить свой выбор на кандидатуре Пихлера, руководство СБР долго колебалось…

— Думаю, если бы пригласили Гросса, то ситуация была бы сейчас получше. И знаний у него больше, чем у Пихлера, да и человек он нормальный. Если попросить Пихлера взять винтовку и объяснить, как с ней надо обращаться, уверен, грамотно он это не сделает. Впрочем, как и Польховский с Гербуловым.

— А Павел Ростовцев на что?

— Об этом человеке вообще не хочу говорить. А между тем Прохоров предрекает ему карьеру чуть ли не лучшего тренера мира.

— Михаил Прохоров сказал, что вину за провальный чемпионат мира берет на себя…

— Прохоров никогда ни за что не ответит. Пока министерство спорта не получит полномочия лишать постов, в том числе и руководителей общественных организаций, пока все ключевые решения в нашей отрасли будут принимать высокие государственные деятели, ничего в российском спорте не изменится. И если принципиальное решение не принять и на этот раз, та же самая картина нас ждет и через год. А может, и худшая.

— Реально ждать высоких результатов от наших возрастных биатлонисток? Иной раз кажется, что даже гений тренерского дела им уже не поможет...

— Анне Богалий-Титовец и Яне Романовой уже давно пора сказать: огромное спасибо. Их поезд ушел. Посредственные результаты они показывают уже несколько сезонов подряд, но тем не менее намерены выступать до Сочи-2014. Я уже устал повторять: давайте подключать молодежь. Недавно в одном из наших видов спорта люди пытались изменить ситуацию, выгнав одного товарища. Но раздался звонок сверху: «А мне он нравится». Все. Точка. Сегодня, повторяю, ни ОКР, ни Минспорта на кадровую политику практически не влияют. Завтра пришлют из Кремля прачку и скажут, что им она нравится. И эта прачка опять не будет ни за что отвечать. А потом ее поменяют на другую прачку.

— А Михаил Прохоров утверждает, что в сборной больше не действует телефонное право...

— Он лукавит, однозначно. При этом заверяет, что ответит за все. Чем? Хорошо бы, если за каждую недозавоеванную медаль он давал, к примеру, $1 млн на развитие биатлона. Вот это была бы ответственность. Я хочу, чтобы Михаил Дмитриевич все-таки досидел в президентском кресле до Сочи и ответил за олимпийские результаты хотя бы деньгами. А вообще надо, чтобы президенты федераций подписывали контракты с Минспорта или ОКР. Тогда бы они чесали затылок и назначали на ответственные участки реально ответственных людей. Но пока контрактов нет, я бы хотел, чтобы это делал тренерский совет. Прежде мы по двое суток рвали друг на друге рубахи — решали, кого на какой участок лучше поставить. Сегодня тренерский совет собирается дважды в год на два часа. Скажут по два слова, выпьют по рюмке и разойдутся.

— Правда ли, что исполнительный директор СБР Сергей Кущенко в следующем сезоне займется исключительно международными делами, а президент Федерации биатлона Санкт-Петербурга Дмитрий Васильев — делами сборной?

— Мне об этом ничего не известно. Однако в случае если приход в сборную Васильева состоится, это будет еще одна, мягко говоря, ошибка Прохорова. Впрочем, он уже столько их насовершал… Но одно, правда, большое дело Михаил Дмитриевич все-таки сделал — избавился от Тихонова. И говорят, строит огромный баскетбольный дворец в США.

— А в том, что представители нашей мужской команды так хорошо побежали,— заслуга Гербулова?

— Это заслуга регионов. Он что, их тренировал? А вот что к чемпионату так подвел, вот это и впрямь работа Гербулова. И если бы не провалились другие спортсмены, то и бронзы Шипулина бы не было. Кстати, Гербулов тоже специального образования не имеет.

— Но он же у вас сколько лет в сборной работал! Получается, вы сами себя высекаете?

— Я тогда был в Россию невъездной. На один сбор Андрея пригласил мой бывший заместитель Дмитрий Алексашин. А он остался и прижился. Что я мог поменять в то время?

— Вас послушать, так в сегодняшнем тренерском составе сборной нет ни одного профи?

— Абсолютно. Это заключение экспертного совета. И я как член президиума СБР постараюсь присутствовать на очередном совете, в апреле. И с удовольствием задам вопросы. Но мои оппоненты, если узнают, что я на него приду, либо откажутся, либо сбегут. Польховский не придет точно. Но ему все равно за провальный сезон отвечать придется, и посмотрим, как у него это получится. А о какой перспективе рассуждает сейчас Прохоров? Он говорит, что все у нас идет по плану, мы экспериментируем и таким образом закаляем ребят. Гербулов просит еще два-три года. Но тогда даже самым нашим молодым будет уже по 26–27 лет. Все это говорится, извините, от балды. А тем временем Мартену Фуркаду и ТарьеюБё — по 23 года, а Эмилю ХеглеСвеннсену — 26.

— Но вряд ли было возможно реанимировать скорость биатлонистов и биатлонисток, долго выступавших в одних, скажем так, условиях, а теперь — в резко изменившихся?

— Мы видим, как поднялся китайский спорт. В том числе и за счет народной медицины. Спортсмену в циклических видах нужны прежде всего здоровые печень, сердце, почки. И тогда организм будет прекрасно работать и без стимуляторов. Я годами рассказываю спортсменам и тренерам о наших природных восстановителях и людях, которые владеют методикой их применения. Владею ею и я сам.

— Неужели им это неинтересно?

— Им же все запрещено — вот они и боятся. Вдруг узнают, что связались со мной, тогда и финансирование перекрыть могут.

— Если ничего не изменится и после советов — тренерского и экспертного, ваш прогноз на два следующих года.

— На месте тренеров я бы встал и ушел. А Прохорову бы сказал: до свидания, продолжайте разваливать дальше. Лучше бы он и впрямь в Америке свои эксперименты делал, а не в России. И если выводов не сделает и государство — президент, премьер, новый президент, то все у нас развалится до основания.


Подробнее: http://kommersant.ru/doc/1898713


Газета "Коммерсантъ", №51 (4836), 23.03.2012

Дмитрий Губерниев, телекомментатор, автор и ведущий программы "Биатлон с Дмитрием Губерниевым"

Для меня лично итоги нынешнего сезона вышли совсем неплохими. Потому что интерес к биатлону в России растет: повысились рейтинги телетрансляций соревнований и рейтинги моей программы. То есть российские болельщики уже интересуются не только, как раньше, голами—очками—секундами, но и всем, что связано с людьми в биатлоне. Это — прорыв. С итогами спортивными дела обстоят, конечно, гораздо сложнее.

Анализируя их, нужно, на мой взгляд, разделить эти итоги на две части и рассматривать отдельно выступление мужской и женской команд. Не считаю, что российские мужчины сезон провалили. Да, на чемпионате мира они выступили слабо: бронза Антона Шипулина — это слишком мало. И очевидно, что перед первенством не была выполнена вся та работа, которая требовалась для достижения оптимального результата.

Но давайте не забывать об объективных трудностях — о болезни Евгения Гараничева, о том, что для некоторых наших спортсменов чемпионат в Рупольдинге был дебютным. И вообще оценивать достижения мужской сборной, по-моему, не следует исключительно на базе мирового первенства. Сезон в целом показал, что тренеры действительно готовят ее к Сочи. И движение в правильном направлении очевидно — я имею в виду и многочисленные подиумы Кубка мира; и успехи Алексея Волкова на чемпионате Европы; и тот факт, что в гонках в Рупольдинге была заиграна вся основа команды. Чуть больше точности в выборе состава на конкретные гонки, чуть больше хладнокровия — и будут успехи по-настоящему серьезные.

У женщин ситуация иная. Я, в отличие от президента Союза биатлонистов России, не думаю, что Вольфганг Пихлер — лучший тренер мира. До статуса лучшего ему еще нужно расти. Зато я думаю, что у него есть шанс дорасти до него вместе с российской сборной. Что для этого требуется от Пихлера? Не быть таким твердолобым; не прятать собственные промахи за грудой чепухи, сказанной в адрес зарубежных соперников; больше работать с биатлонистками индивидуально. Стричь всех под одну гребенку, как он это делал в минувшем сезоне,— преступление.

Понятно, например, что результаты Ольги Зайцевой в его концовке — следствие колоссальных физических и психологических нагрузок, которые легли на ее плечи из-за методов тренера. Отсюда — поражения в Рупольдинге, болезнь, не позволившая выступить на финальном этапе Кубка мира в Ханты-Мансийске.

Еще меня очень беспокоит, что от сплоченности женской команды на старте сезона к его окончанию не осталось и следа. И это тоже, видимо, во многом вопрос доверия к тренеру.

Сейчас наверняка будут горячие споры по поводу того, что надо будет сделать в первую очередь, чтобы продолжить позитивные тренды и избавиться от негативных. Уверен, что прежде всего необходимо добиться полного взаимопонимания между теми, кто отвечает за сборную — между главными тренерами и старшими, между спортсменами и сервисменами. А вот если этого не произойдет, то, поверьте, смысла готовиться к Олимпиаде в Сочи уже не будет никакого. Готовиться будем к Олимпиаде в Пхенчхане — там она состоится в 2018 году.

10 комментариев:

  1. Все про питалон. Я непричем.
    Фото Дима с мансийска.

    ОтветитьУдалить
  2. биталонная свалка. фото димины

    ОтветитьУдалить
  3. фоты хорошие статьи муть!
    ну в общем ты весь кал собираешь, поэтому ничего необычного!

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. не я даже ничитал. на саводском скопировал и перевесил. см. япоша стих счинил!!

      Удалить
    2. кстати фоты тож крохотные- не раскрываюцца(

      Удалить
  4. дим опесчал непотресаные спросить. перевешу как пришлет. сам что ле чикал??

    ОтветитьУдалить
  5. пусть сам и повесит,- чё тыщу раз туда-сюда гонять!))

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. не, оне там японца плохо переносят.

      Удалить
    2. я про митрины фоты

      Удалить
    3. ты чо!! он тут в выдохной то навесит пожалуй! да с коментариями!!

      Удалить