пятница, 30 декабря 2011 г.

Танки: Иномарки в бою. Александр Широкорад

 

Сразу же после нападения Германии на Советский Союз – 22 июня 1941 года в своем радиовыступлении британский премьер Уинстон Черчилль заявил: «Мы окажем России и всему русскому народу всю помощь, которую только сможем». 24 июня на пресс-конференции президент США Рузвельт также сказал о готовности оказать СССР всяческую помощь.

Танки с британских островов

16 августа 1941 года Советский Союз заключил с Англией соглашение о товарообороте, кредите и клиринге. Документом предусматривались предоставление СССР кредита в 10 млн фунтов стерлингов и поставка в счет этого кредита британских танков, самолетов и других видов вооружения.
Черчилль предложил распределить основные положения билля о ленд-лизе на СССР, что и было сделано в сентябре 1941-го, а 7 ноября сенат признал оборону Советского Союза жизненно важной для интересов США, и с этого дня американские поставки в СССР также стали производиться на основании закона о ленд-лизе..

Еще в июле 1941 года в Англию выехала специальная комиссия из советских специалистов, в задачу которой входил выбор образцов боевой техники, пригодной для эксплуатации в СССР. После осмотра танков были выбраны машины Mk II «Матильда» и Mk III «Валентайн».
Согласно договоренности Англия и США обязались поставлять в СССР ежемесячно 500 танков (250 британских и 250 американских).
Первые английские машины были доставлены в Советский Союз на судах конвоя PQ-1, который прибыл в Архангельск 11 октября 1941 года. Он привез 20 танков Mk II «Матильда» и Mk III «Валентайн».
136-й отдельный танковый батальон, воевавший на Можайском направлении, стал первым подразделением, принявшим 1 декабря британские танки. В состав батальона входили десять Т-34, десять Т-60, девять «Валентайнов» и три «Матильды», полученные в Горьком 10 ноября. Экипажи не имели достаточного опыта, и в результате уже к 10 декабря из-за поломок вышли из строя две «Матильды», пять «Валентайнов», один Т-34 и четыре Т-60. И только 15 декабря 1941 года 136-й отдельный танковый батальон совместно с 20-й танковой бригадой смог принять участие в контрнаступлении под Москвой.
К 8 декабря из Англии в СССР доставили 142 «Матильды» и 182 «Валентайна».
Прибытие и использование английских танков хорошо иллюстрирует таблица по состоянию на 3 марта 1942 года.
Остальные находились в пути, в состоянии приемки, на ремонтных базах и т. д. Военным училищам и курсам было выдано 135 танков, учебным частям – 176, для экспериментальных работ – 13.
Фото из архива автора Всего в 1941 году в СССР отправлено английских танков: «Валентайн» – 3782 (из них канадских – 1388), «Матильда» – 1084, «Черчилль» – 301, «Кромвель» – 6, «Тетрарх» – 20.
При проводке северных конвоев потеряно 320 «Валентайнов», 43 «Черчилля», 252 «Матильды» и 224 бронетранспортера «Универсал».
Всего же за годы Второй мировой войны Советский Союз реально получил по ленд-лизу 19 510 единиц бронетанковой техники, что составляло от нашего производства около 16% танков, 8% САУ и 100% бронетранспортеров.

ТТХ полученных машин

Проектирование танка «Матильда» началось в 1936 году, после того как фирма «Виккерс» получила заказ на постройку так называемого дешевого танка.
Разработку проекта, получившего обозначение А11, возглавил Дж. Карден. В концепцию машины заложили мощную броневую защиту, небольшую скорость (для того чтобы «идти в ногу» с пехотой) и ограниченную огневую мощь (казалось достаточным вооружить танк только пулеметом). Все эти ограничения возникли из-за необходимости уложиться в лимит стоимости одного танка – 6000 фунтов стерлингов.
В итоге машина имела массу недостатков, среди которых в первую очередь следует упомянуть экипаж из двух человек (башня танка была одноместная).
Однако справедливости ради следует отметить, что броневая защита «Матильды» была более чем достаточной и во время боев во Франции не пробивалась снарядами немецких противотанковых пушек.
Mk IVMk IIMk IIIMk VII
Поступило в порты севера1248351086-
Поступило в порты юга--29320
Выдано формирующимся частям40227-
Выдано на фронт42652110920
В СССР поставлялись танки 2-й модели Mk II. Вес «Матильды» Mk II составлял 27 тонн, экипаж – 4 человека.
Корпус машины состоял из литых (носовая часть, подбашенная коробка и корма) и катаных (днище, борта и фальшборта) броневых деталей, соединенных друг с другом гужонами. Башня – литая, цилиндрическая.
Толщина брони корпуса колебалась в пределах от 14 до 78 мм, а башни – от 20 до 75 мм. Начиная с модификации Mk IIА в передней части башни, в литой маске, устанавливались 2-фунтовая (40-мм) пушка, 7,92-мм пулемет BESA (на варианте Mk II ставился 7,92-мм пулемет «Виккерс», кожух водяного охлаждения которого был прикрыт литой броневой маской) и телескопический прицел I образца № 24В. Танки модификации «Матильда» III CS оснащались 76-мм гаубицей. На крышке командирской башенки имелась стойка для зенитной стрельбы из пехотного 7,7-мм пулемета «Брен». Кроме того, на части машин устанавливались дымовые гранатометы для запуска дымовых гранат калибра 101,6 мм.
Боекомплект состоял из 93 выстрелов, 3150 патронов (14 лент) калибра 7,92 мм, 2800 патронов (100 магазинов) для пулемета «Брен» и 8 дымовых гранат.
Силовая установка танка, начиная с варианта Mk III, состояла из двух 6-цилиндровых рядных дизелей жидкостного охлаждения «Лейланд» мощностью по 95 л. с. при 2000 об/мин (модификации Mk II и Mk IIА оснащались двумя 6-цилиндровыми дизелями АЕС мощностью по 87 л. с.).
Два топливных бака общей емкостью 225 л обеспечивали танку запас хода по шоссе 130 км. При этом двигатели, имевшие суммарную мощность 190 л. с., разгоняли 26-тонную боевую машину до максимальной скорости 25 км/ч.
Осенью 1941 года «Матильды» Mk II и Mk III получили танковые полки 5-го мехкорпуса. В бригадах 9, 10 и 11-го танковых корпусов английские машины использовались совместно с Т-60 и Т-70.
Вот как описывает боевое применение «Матильд» командир 1-го батальона 233-й танковой бригады 5-го мехкорпуса капитан Дмитрий Лоза: «Наша 233-я танковая бригада 17 сентября была введена в бой на правом берегу реки Десна. Наступление на Рославль развивалось медленно. Во-первых, противник сопротивлялся отчаянно, а во-вторых, танки «Матильда» для действий в лесисто-болотистой местности оказались абсолютно непригодными. Эти машины предназначались для использования в пустынях Африки. Какая «умная голова» в Москве решила их сюда направить, осталось загадкой. Дело в том, что у названного английского танка ходовая часть полностью закрыта фальшбортом с рядом «окошек» небольшого размера в его верхней части. В пустыне через последние с траков свободно сыпался песок. В смоленских лесах и болотах за фальшборты набивались грязь и корни деревьев. Гусеницу практически заклинивало. Даже мотор глох. Приходилось через каждые 4–5 километров останавливаться и очищать ходовую часть ломом и лопатой…
22 сентября. Медленно продвигаемся, ведя бои за каждую деревню. И вот выбив противника из очередного опорного пункта, моя танковая рота преследует вражескую пехоту, откатывающуюся на север по проселочной дороге через небольшое картофельное поле. Гусеницы «Матильд» с трудом проворачиваются, и мы движемся со скоростью пешеходов – надо уже останавливаться и очищать ходовую часть от грязи».
В 1942 году в ходе Ржевской операции 30-й армии Калининского фронта за август – начало сентября 196-я танковая бригада из 35 «Матильд» и 13 Т-60 потеряла 29 «Матильд» и 9 Т-60. К осени 1944-го практически все «Матильды» были уничтожены, а единичные уцелевшие экземпляры отправили в учебные части.
Танк «Валентайн» Mk III, как и «Матильда», по британской классификации относился к пехотным и при весе 16,5 тонны имел максимальную скорость движения по шоссе 24 км/ч. Машина обязана своим именем святом Валентину, на день которого – 14 февраля 1938 года – пришлась подача проекта в военное министерство. Заказ же был размещен только в июле 1939-го.
Экипаж Mk III состоял из четырех человек. Пушка та же – 40-мм (2-фунтовая) с боекомплектом 79 выстрелов. «Валентайны» более поздних выпусков (VIII–X серий) оснащались 57-мм (6-фунтовыми) пушками, а начиная с XI серии, устанавливались 75-мм пушки. Лобовая броня «Валентайна» была довольно приличная – 65 мм, а корма и крыша имели противопульное бронирование – 8 мм.

Проверены на передовой: плюсы и минусы

В отчете Автобронетанкового управления Западного фронта, составленном на основе опыта боевых действий танковых частей от 19 января 1942 года, говорится: «Танки МК-2, МК-3 при отсутствии набитой гужевым транспортом дороги, при снежном покрове в 40–50 см с трудом пробивают себе дорогу, теряя при этом скорость. На ровной местности 5–6 км/ч – скорость движения».
Любопытна «Справка-доклад» от 17 апреля 1943 года начальника штаба бронетанковых войск полковника Заева о применении английских машин на фронтах Великой Отечественной войны: «Английские танки типа МК-2 «Матильда» и МК-3 «Валентайн» применялись на фронтах Отечественной войны, организационно входя:
а) в состав отдельных танковых бригад и отдельных танковых батальонов, где они были объединены с танками отечественных марок, главным образом типа Т-70, т-60;
б) в состав танковых полков 5-го механизированного корпуса, вооруженных исключительно английскими танками МК-2 и МК-3;
в) в состав танковых бригад 9, 10, 11-го танковых корпусов в объединении с легкими танками Т-60, Т-70.
Танки типа МК-2 и МК-3 применялись в течение 1942–1943 годов в условиях зимы и лета, преимущественно на Западном (до 200 танков), Брянском (до 250 танков) и Северо-Кавказском (до 150 танков) и в 5-м мехкорпусе на Юго-Западном фронте (до 180 танков)».
В докладе отмечены следующие недостатки британских машин:
а) система охлаждения танков МК-2 и МК-3 расположена в труднодоступных для экипажей местах, трубопроводы от двигателя к радиаторам идут по днищу танка, в зимних условиях вода в трубопроводах замерзает даже при работающем двигателе. Это сильно затрудняет подогрев танка и делает почти невозможным заправку системы охлаждения водой при низких температурах;
б) конструкция танков сложна, что усложняет работу по ремонту и требует в 3–4 раза больше затрат времени;
в) маневренность танков и их проходимость в силу маломощности двигателей, большого удельного давления (0,7–1,0) и низкого коэффициента сцепления с грунтом очень ограничена, особенно зимой. Запас хода 70–100 км;
г) в танке МК-2 фальшборт сильно затрудняет замену узлов и агрегатов ходовой части, а также при незначительном прогибе брони фальшборта от удара артснаряда заклинивает гусеницы и выводит танк из строя;
д) танки вооружены 40-мм пушкой, снабженной только бронебойными снарядами (болванка), предназначенными для ведения огня по танкам. Не имея осколочного и осколочно-фугасного снаряда, танки не могут вести эффективного пушечного огня по живой силе и огневым точкам противника.
Вот, к примеру, выдержки из доклада начальника штаба управления бронетанковых войск полковника Ульянова от 19 октября 1943 года: «Опыт боев показал, что успешное применение танков МК-2 и МК-3 на поле боя без взаимодействия их с отечественными машинами малоэффективно. Вызвано это тем, что задачу уничтожения пехоты, подавления огневых точек танки МК-2 и МК-3 полностью выполнить не могут, так как они не имеют достаточно мощного противопехотного огня. Подавлять огневые точки и живую силу противника танки могут только пулеметным огнем. 40-мм пушка, поставленная на танки, имеет снаряды только бронебойные (болванки) и вести эффективную борьбу с противотанковой артиллерией, огневыми точками с перекрытиями не может.
Сила танка заключается в маневренности, броневой защите и огне, этими качествами танки типа МК-2 и МК-3 полностью не обладают. Танк МК-2 малоподвижен, танк МК-3 более подвижен, но его отрицательной стороной является то, что средством борьбы с пехотой служит только пулеметное вооружение. Зачастую танки МК-2 и МК-3 несут потери от ПТО (противотанковой обороны) лишь только потому, что защитить себя огнем пушек они не могут. ПТО открывает огонь с дистанции 600–800 м, тогда же как танки подавить ПТО с такой дистанции да еще с ходу не могут (на такую дистанцию огонь с ходу малоэффективен)…
Наилучший эффект танки МК-2 и МК-3 дают в оборонительном бою, когда их используют в засадах для борьбы с танками противника на танковероятных направлениях.
Для наилучшей борьбы с живой силой желательно вместе с танками МК-2 и МК-3 ставить легкие отечественные танки Т-70.
Включать в подвижной противотанковый резерв эти танки нежелательно ввиду их плохой проходимости и малой подвижности.
При выборе направления контратак особое внимание следует уделять выбору местности и грунту, так как по мягкому грунту и сильно пересеченной местности подвижность этих машин снижается до предела, нередки случаи, когда на мягком грунте танк К-3 застревает.
В наступательном бою танки МК-2 и МК-3 недостаточно эффективны по своим боевым качествам ввиду вышеизложенных отрицательных сторон. Целесообразнее всего в наступательном бою их использовать с отечественными машинами, ставя на фланги для прикрытия на случай танковой контратаки, так как они обладают мощной броней и противотанковым оружием.
При выборе направления действий особое внимание уделять местности, местность должна быть малопересеченной и по возможности с твердым грунтом как в сухую погоду, так и при выпадении осадков.
В условиях зимы боевые действия этих танков, а особенно МК-2, почти сводятся на нет ввиду их плохой проходимости…
Недостаточная скорость движения по пересеченной местности (9–14 км/ч) является крупным недостатком танка МК-2 («Матильда»).
Маневренность этого танка из-за малой скорости на поле боя затруднена, что влекло за собой большие потери в проводимых операциях 1943 г.».

А пушки наши

Несколько слов стоит сказать и об оценке танка Mk III «Валентайн». Руководство бронетанковых войск считало его бронирование удовлетворительным для машин данного типа. Особенно положительно оценивалась вязкость брони. Максимальная скорость движения считалась явно недостаточной, равно как и запас хода. «Двигатель танка МК-3 зарекомендовал себя в эксплуатации как надежный, некапризный двигатель… Танк МК по своим техническим данным вполне зарекомендовал себя как хорошая боевая машина и может быть использован в любых местностях». А вот «Матильду» советовали использовать только для операций в южных районах.
В связи со слабостью британских танковых пушек ОКБ-92 в Горьком в 1941 году получило заказ на их перевооружение. В декабре того же года были испытаны «Валентайн» с установкой ЗИС-95 – 45-мм танковой пушкой 20К и спаренным пулеметом ДТ и «Матильда» с установкой ЗИС-96 – 76-мм танковой пушкой Ф-34 и спаренным пулеметом ДТ.
Обе установки приняли на вооружение, и был выдан заказ на первую партию в 100 штук ЗИС-95 и 120 ЗИС-96. Однако из-за острой нужды в 45-мм танковых пушках для Т-70 и 76-мм пушках для Т-34 и КВ было изготовлено лишь 47 пушек ЗИС-96. Причем сведений об установке их в танке автору найти не удалось.
Главное бронетанковое управление думало частично решить проблему за счет принятия на вооружение к 2-фунтовой (40-мм) британской пушке нашего выстрела с осколочной гранатой сталистого чугуна. Такая граната была испытана на заводе № 179 в марте 1942-го. В том же году в Англии закупили танки «Матильда» CS с 76-мм пушкой.
И в американских легких танках М3 «Стюарт» было решено заменить штатную 37-мм пушку М5 на отечественную 45-мм танковую пушку. В середине октября 1943 года танк «Стюарт» с 45-мм пушкой был испытан пробегом и стрельбой на Кубинском полигоне. Однако до массового перевооружения машин М3 дело так и не дошло.

«Валентайны» в германских документах в первый раз упомянуты 25 октября 1941 года в отчете о боевых действиях 2-й танковой дивизии: «Впервые немецкие солдаты столкнулись с фактом действительной помощи Англии, о которой так давно кричала русская пропаганда. Английские танки много хуже советских. Экипажи, которые немецкие солдаты взяли в плен, ругают «старые жестяные ящики, которые всучили им англичане».
«Валентайны» прослужили в Красной армии до самой капитуляции Германии. Так, в 5-й гвардейской танковой армии (3-й Белорусский фронт) на 22 июня 1944 года числилось 39 танков «Валентайн IX», а в 3-м кавалерийском корпусе – 30 «Валентайн III». Они даже участвовали в войне с Японией в августе-сентябре 1945-го. В составе 1-го Дальневосточного фронта находилось 20 машин Мк III, 2-го Дальневосточного – 41 «Валентайн III и IX» (267-й танковый полк) и еще 40 «Валентайн IV» были включены в конно-механизированную группу Забайкальского фронта. Так что о танках «Валентайн» можно сказать: «И на Тихом океане свой закончили поход».



Самыми «бестолковыми» бронированными машинами, поставлявшимися СССР по ленд-лизу, оказались американские средние танки М3, разновидности которых в Англии называли «Генерал Ли» и «Генерал Грант». Все модификации М3 имели настолько оригинальный вид, что их было трудно спутать с германскими или советскими аналогами.
Окончание. Начало читайте в № 33, 2010 г.

«Братская могила»

По своему замыслу М3 представлял собой машину времен Первой мировой войны с расположением орудия в бортовом спонсоне, как на английских танках Мk I, Mk VIII, только вместо неподвижной рубки у него была вращающаяся башня. Двигатель находился в корме, трансмиссия размещалась в передней части корпуса, коробка передач – под поворотным полом башни.
Корпус танка изготавливался из плоских броневых листов. Толщина брони оставалась неизменной на всех моделях: два дюйма (51 мм) – лоб, полтора дюйма (38 мм) – борта и корма, полдюйма (12,7 мм) – крыша корпуса. Днище имело переменную толщину – от половины дюйма (12,7 мм) под двигателем до одного дюйма (25,4 мм) в районе боевого отделения. Бронирование башни: стенки – два дюйма с четвертью (57 мм), крыша – семь восьмых дюйма (22 мм). Передняя плита устанавливалась под углом 600 к горизонту, боковые и задние – вертикально.
М3 оснащался литым спонсоном с 75-мм пушкой, монтировавшимся на правой стороне корпуса и не выходившим за его габариты. Над корпусом танка возвышалась литая башня с 37-мм орудием, сдвинутая влево, ее венчала маленькая башенка с пулеметом. Высота этой «пирамиды» достигала 10 футов 3 дюймов (3214 мм). Длина М3 – 18 футов 6 дюймов (5639 мм), ширина – 8 футов 11 дюймов (2718 мм), клиренс – семнадцать и одна восьмая дюйма (435 мм). Правда, боевое отделение машины было просторным и до сих пор считается одним из самых комфортабельных.
Изнутри корпус М3 оклеивался губчатой резиной, чтобы предохранить экипаж от мелких осколков брони. Двери по бортам, люки сверху и в пулеметной башне обеспечивали быструю посадку танкистов. Кроме того, первые были удобны при эвакуации раненых из машины, хотя и снижали прочность корпуса. Каждый член экипажа мог вести огонь из личного оружия через смотровые щели и амбразуры, защищенные броневыми козырьками.
На модификациях МЗА1 и МЗА2 монтировался авиационный звездообразный девятицилиндровый карбюраторный двигатель Wright Continental R 975 EC2 или С1 мощностью 340 л. с. Он обеспечивал 27-тонному танку наибольшую скорость до 26 миль/ч (42 км/ч) и пробег 120 миль (192 км) при возимом запасе топлива 175 галлонов (796 л). К недостаткам двигателя следует отнести его высокую пожароопасность, так как он работал на высокооктановом бензине, и сложность в обслуживании, особенно цилиндров, оказавшихся снизу.
Основным оружием танка являлась 75-мм пушка М2 в спонсоне почти с трехметровым стволом. Ее спроектировали в арсенале Вестерфлейт на основе 75-мм французской полевой пушки образца 1897 года, принятой на вооружение армии США после Первой мировой войны. Орудие имело одноплоскостной стабилизатор наводки, полуавтоматический затвор и систему продувки ствола после выстрела. Кстати, именно на МЗ была впервые в мире применена система стабилизации наводки в вертикальной плоскости, которая впоследствии служила прототипом для аналогичных систем в танках многих армий. Углы наведения пушки по вертикали – 140 по горизонтали – 320, далее орудие наводилось поворотом всего танка. Вертикальная наводка пушки осуществлялась как электрогидравлическим приводом, так и вручную. Боезапас располагался в спонсоне и на полу машины.
Однако при установке орудия М2 на танке выяснилось, что ствол выходит за переднюю линию корпуса. Это сильно переполошило военных, боявшихся, что машина может пушкой за что-то зацепиться при движении. По их требованию длину ствола уменьшили до 2,33 м, что, естественно, ухудшило баллистику орудия. Такой усеченной пушке присвоили индекс МЗ, а при монтаже в танке, чтобы не переделывать систему стабилизации, на ствол надевали противовес, внешне похожий на дульный тормоз.
37-мм пушка была создана в том же арсенале Вестерфлейт в 1938 году. На танке М3 устанавливались ее модификации М5 или М6 во вращающейся на 3600 башне. Углы вертикальной наводки позволяли вести огонь и по низколетящим самолетам. В башне также находился спаренный с орудием пулемет, а сверху размещалась маленькая башенка, вращающаяся на 3600, еще с одним пулеметом. Башня имела вращающийся полик со стенками, выделяющими боевое отделение в отдельный отсек. Боезапас орудия располагался в башне и на вращающемся полике.
Вес М3 составлял 27,2 т, а число членов экипажа – 6–7 человек.
Поставляемые в СССР средние танки М3 танкисты называли «братской могилой».

Предпочтительнее прямые и ровные дороги

У янки хватило ума легкому танку «Стюарт» присвоить тот же индекс М3, что и среднему танку. Поэтому в советских служебных документах эти танки именовались легкий (л.) М3 и средний (ср.) М3. Нетрудно догадаться, как наши танкисты расшифровывали «ср. М3».
Вес легкого М3 составлял 12,7 т, толщина брони – 37,5–12,5 мм. Боекомплект к 37-мм пушке М3 – 103 выстрела. Экипаж – 4 человека. Скорость по шоссе – 56 км/ч. Стоимость легкого танка М3 – 42 787 долларов, а среднего М3 – 76 200 долларов.
Свойства американских танков М3 достаточно хорошо показаны в отчете ГБТУ от 1 ноября 1943 года: «На марше танки М3-с и М3-л выносливы и безотказны. В обслуживании несложны. Позволяют совершать марши при более высоких средних скоростях движения по сравнению с отечественными танками.
При выборе маршрута предпочтительно должны избираться более прямые и широкие дороги. Наличие большого радиуса поворота у танков М3-с и М3-л, на узких дорогах с частыми закруглениями вызывают опасность схода машин в придорожные кюветы и снижают скорость движения.
При совершении марша в зимних условиях танки имеют следующие недостатки:
а) малое сцепление гусеницы с грунтом, что ведет к пробуксовке, боковому и прямому скольжению (при неумелых действиях механика-водителя на подъемах, спусках и кренах танк теряет управление);
б) шпоры существующей конструкции недостаточно обеспечивают танк от пробуксовки и скольжения гусениц и очень быстро выходят из строя. Необходимо изменение конструкции шпоры и крепления ее к траку для обеспечения большего сцепления с грунтом и предупреждения бокового скольжения;
в) при попадании одной гусеницы в кювет, воронку танк, имея в управлении поворотом систему двойного дифференциала, вследствие пробуксовки гусеницы, оказавшейся под малой нагрузкой, не может самостоятельно преодолевать препятствия. Пробуксовывающая гусеница, находящаяся в наклонном положении, как правило, спадает…
Из проведенных маршей в составе полка выявлено:
а) запас хода по зимней укатанной дороге:
для М3-с – 180–190 км,
для М3-л – 150–160 км;
б) Средняя техническая скорость движения по грунтовой дороге зимой:
для М3-с – 15–20 км,
для М3-л – 20–25 км.
В танке М3-с экипаж размещен удобно, посадка свободна. Вентилятор мотора обеспечивает чистый воздух и нормальную температуру внутри танка.
Управление физической напряженности не требует.
Подвеска танка обеспечивает плавность хода.
Утомляемость экипажа незначительна.
В танке М3-л размещение экипажа стесненное, управление танком затруднительное и при продолжительной работе экипажа в танке утомляемость его по сравнению с М3-с большая. Из-за отсутствия облегчающих приспособлений механик-водитель по сравнению с М3-с затрачивает большее усилие на управление танком.
Командир танка М3-л находится почти изолированно от экипажа – размещается позади люльки и управление другими средствами, кроме ТПУ (танковое переговорное устройство. – А. Ш.), затруднено…
Маневренность по болотистому грунту плохая ввиду большого удельного давления (особо для М3-с), что ведет к глубокому погружению гусеницы в грунт, резкому снижению скорости и трудности поворотов.
В лучшую сторону выделяется М3-л, имеющий возможность преодолевать незначительные по длине заболоченные участки на больших скоростях.
Движение в лесу при наличии пней затруднено.
Пушки на М3-с и М3-л безотказны в бою. Вследствие специального устройства прицелов из пушек огонь ведется только прямой наводкой.
Телескопические прицелы пушек просты в устройстве и точны при стрельбе. Командиры орудий легче по сравнению с другими прицелами обнаруживают через них цели, устойчивее держат их в поле зрения и быстро устанавливают прицел.
Отрицательной стороной 75-мм пушки танка М3-с является малый горизонтальный угол обстрела (32 градуса).
Большая мощность пулеметного огня (четыре пулемета «Браунинг») не дает должного эффекта из-за отсутствия прицелов на пулеметах за исключением пулемета, спаренного с 37-мм пушкой. В лобовых пулеметах совершенно отсутствует возможность наблюдения за огнем, что позволяет использовать их огонь только после прохождения боевых порядков своей пехоты…
Сопротивляемость брони низкая. С дистанции 800 м пробивается всей противотанковой артиллерией. Крупнокалиберный пулемет пробивает броню М3-л с дистанции 500 м. Броня М3-с крупнокалиберным пулеметом не пробивается.
Танки М3-с и М3-л, работая на бензиновых двигателях, имеют легкую воспламеняемость. При попадании снарядов в боевое или моторное отделение от наличия паров бензина внутри танка часто возникает пожар. Имеет место воспламеняемость топлива от детонации. Эти причины вызывают большие потери личного состава экипажей.
Имеющиеся на танке два стационарных и два переносных огнетушителя действуют эффективно. При своевременном использовании их пожар, как правило, прекращается».

Часто принимали за врага

Лучшим и самым массовым средним танком США стал М4 «Шерман». Испытания опытного «Шермана» с 75-мм пушкой в башне начались в сентябре 1941 года на Абердинском полигоне.
Корпус танка М4А2 сваривался из катаных броневых плит. Верхняя лобовая плита толщиной 50 мм располагалась под углом 470. Борта корпуса вертикальные. Угол наклона кормовых плит – 10–120. Броня бортов и кормы имела толщину 38 мм, крыши корпуса – 18 мм.
Литая цилиндрическая башня была установлена на шариковой опоре. Лоб и борта защищались соответственно 75-мм и 50-мм броней, корма – 50-мм, крыша башни – 25-мм. В передней части башни крепилась маска спаренной установки вооружения (толщина брони – 90 мм).
75-мм пушка М3 или 76-мм пушка М1А1 (М1А2) была спарена с 7,62-мм пулеметом «Браунинг» М1919А4. Углы вертикального наведения у пушек одинаковы: -100, +250.
Боекомплект машины М4А2 состоял из 97 выстрелов калибра 75 мм.
Танк оснащался силовой установкой из двух 6-цилиндровых дизелей GMC 6046, расположенных параллельно и соединенных в один агрегат: крутящий момент с обоих передавался на один карданный вал. Силовая установка обладала мощностью 375 л. с. при 2300 об/мин. Запас хода по топливу достигал 190 км.
Вес М4А2 – 31,5 т. Экипаж – 5 человек. Скорость хода по шоссе – 42 км/ч.
С 1943 года в США выпускали и модернизированные танки «Шерман»: М4А3 со 105-мм гаубицей и М4А4 с длинноствольной 75-мм пушкой М1А1 (ее вариант с дульным тормозом имел индекс М1А2).
По американским данным, в СССР было поставлено 4063 танка М4А2 разных вариантов (1990 машин – с 75-мм пушкой и 2073 – с 76-мм пушкой) и два М4А4.
Об участии «Шерманов» в боях повествует Дмитрий Лоза в своей книге «Танкист на «иномарке». Осенью 1943 года танковые полки 5-го мехкорпуса, находившегося на переформировании в районе города Наро-Фоминска, получили вместо британских «Матильд» американские М4А2 «Шерман».
15 ноября 1943 года 233-я танковая бригада, оснащенная «Шерманами», была отправлена в район Киева.
«Украинская осень сорок третьего года, – пишет Лоза, – встретила нас дождем и мокрым снегом. Ночью дороги, покрываясь крепкой ледяной коркой, превращались в каток. Каждый километр пути требовал затраты немалых сил механиков-водителей. Дело в том, что траки гусеницы «Шермана» были обрезиненные, что увеличивало срок их эксплуатации, а также снижало шум движителя. Лязг гусениц, столь характерный демаскирующий признак «тридцатьчетверки», был практически не слышен. Однако в сложных дорожно-ледовых условиях эти гусеницы «Шермана» стали его существенным недостатком, не обеспечивая надежной сцепки траков с полотном дороги. Танки оказались поставленными на «лыжи».
В голове колонны двигался первый батальон. И хотя обстановка требовала поторапливаться, скорость движения резко упала. Стоило механику-водителю чуть нажать на газ – и танк становился трудноуправляемым, сползал в кювет, а то и становился поперек дороги. В ходе этого марша мы на практике убедились, что беда в одиночку не ходит. Вскоре выяснилось, что «Шерманы» не только «легкоскользящие», но и «быстроопрокидывающиеся». Один из танков, заскользив на обледенелой дороге, ткнулся внешней стороной гусеницы в небольшой бугорок на обочине и мгновенно завалился на бок. Колонна встала. Подойдя к танку, шутник Николай Богданов изрек горькое: «Сия судьба-злыдня отныне спутник наш!..»
Командиры машин и механики-водители, видя такое дело, начали «ошпоривать» гусеницу, накручивая на внешние края траков проволоку, вставляя в отверстия движителя болты. Результат не замедлил сказаться. Маршевая скорость резко увеличилась. Переход закончили без приключений... В трех километрах севернее Фастова бригада оседлала шоссе, идущее на Бышев».
Советские танкисты называли М4 «эмча». Участвуя в отражении попыток противника вырваться из Корсунь-Шевченковского «котла», «эмчисты» применяли такой способ борьбы с тяжелыми вражескими танками. В каждом взводе на одного атакующего «Тигра» выделялось два «Шермана». Один из них, подпуская немецкий танк на 400–500 м, бил бронебойным снарядом по гусенице, другой – ловил момент, когда целая гусеница разворачивала «крестатого» бортом, и посылал ему в топливные баки болванку.
«Два события, – рассказывает Лоза, – заставляют меня отчетливо помнить день 13 августа 1943 года: крещение огнем (моя первая встреча с противником) и трагедия, развернувшаяся на моих глазах, когда наша противотанковая артиллерия расстреляла свои танки. Второй раз быть свидетелем гибельного дружественного огня мне пришлось в январе 1944 года в селе Звенигородка, когда встретились танки 1-го и 2-го Украинских фронтов, замкнувших кольцо окружения вокруг Корсунь-Шевченковской группировки немцев.
Эти трагические эпизоды произошли в силу незнания многими солдатами и офицерами того, что на вооружении наших частей стояли танки иностранного производства (в первом случае английские «Матильды», а во втором – американские «Шерманы»). Как в первом, так и во втором случае они были приняты за немецкие, что привело к гибели экипажей.
Раннее утро. Наша 233-я танковая бригада сосредоточилась в смешанном лесу с вечера 12 августа. Первый батальон бригады растянулся по его западной опушке. Моя первая рота находилась на его левом фланге в 200 метрах от проселочной дороги, за которой простиралось гречишное поле.
Линия фронта проходила примерно в двух километрах от нас по реке Болва…
2-я бригада получила приказ на возвращение в ранее занимаемый район. Ее командир приказал подразделениям следовать самостоятельно в пункты прежней дислокации, не выстраиваясь в общую походную колонну. Вполне целесообразное распоряжение, позволяющее значительно сэкономить время. Тем более что данный маневр совершался на расстояние всего 2–3 километра. Рота старшего лейтенанта Князева при нанесении контратаки находилась на левом фланге боевого порядка танкового полка. Для нее самым коротким являлся путь через гречишное поле, то есть мимо позиции артиллеристов и нашего расположения. Именно этим ближайшим путем и повел комроты своих подчиненных. Три головные «Матильды» показались из-за небольшого бугорка и пошли прямо по полю. Через несколько секунд две машины загорелись, встреченные залпами нашей противотанковой батареи. Три человека из моей роты кинулись к пушкарям. Пока они до них добежали, последние успели произвести второй залп. Третья «Матильда» остановилась с развороченной ходовой частью. Экипажи роты Князева не остались в долгу. Открыв ответный огонь, они уничтожили два орудия вместе с их расчетами. Мы начали пускать зеленые ракеты, служившие сигналом «свои войска». Противотанкисты прекратили стрельбу. Смолкли и танковые пушки. Взаимный огневой обмен дорого обошелся сторонам: 10 погибших, три танка вышли из строя, уничтожены два орудия.
Командир артиллерийской батареи не находил себе места. Какой позор для его подразделения: приняв «Матильды» за вражеские танки, расстреляли своих! То, что расчеты не имели силуэтов появившихся здесь иномарок, явилось огромным упущением вышестоящих штабов.
...28 января сорок четвертого года. В 13 часов в центре Звенигородки состоялась встреча танкистов 1-го и 2-го Украинских фронтов. Цель операции была достигнута – окружение крупной группировки противника в Корсунь-Шевченковском выступе завершилось.
Для нас – «шерманистов» первого батальона 233-й танковой бригады – радость этого большого успеха оказалась омраченной. Погиб комбат капитан Николай Маслюков…
Его танк и две машины взвода младшего лейтенанта Петра Алимова выскочили на центральную городскую площадь. С противоположной стороны сюда же мчались два Т-34 155-й бригады 20-го танкового корпуса 2-го Украинского фронта. Маслюков обрадовался: соединение передовых подразделений войск, идущих друг другу навстречу, состоялось. Их разделяло расстояние не более 800 метров. Комбат-1 начал докладывать обстановку на этот час командиру бригады. И на полуслове связь оборвалась...
Бронебойный 76-миллиметровый снаряд, выпущенный одним из Т-34, прошил борт «Шермана». Танк загорелся. Погиб капитан, два члена экипажа были ранены. Разыгравшаяся драма – прямой результат неосведомленности «тридцатьчетверочников»: они не знали, что на вооружении частей соседнего фронта имеются танки-«иномарки».
Лоза честно отзывается об американских танковых боеприпасах: «Что касается снарядов, то они «проявили» себя с самой лучшей стороны, будучи прекрасно упакованными в картонные пеналы и связанными по три штуки. Главное, что в отличие от снарядов Т-34–76 при возгорании танка они не детонировали.
До конца войны на западе и в сражении с японской Квантунской армией не было ни одного случая, чтобы у горящего «Шермана» взорвался боезапас. Работая в Военной академии имени М. В. Фрунзе, я через соответствующих специалистов выяснил, что американские пороха были очень высокой очистки и не взрывались при пожаре, как делали наши снаряды. Это качество позволяло экипажам не бояться брать снаряды сверх нормы, загружая их на пол боевого отделения так, что по ним можно было ходить. Кроме того, их укладывали на броню, обертывая в куски брезента, крепко привязывали бечевками к жалюзи и над гусеничными крыльями...
Коль уж речь зашла о радиосвязи и радиостанциях «Шерманов», уделю им немного внимания. Надо сказать, что качество радиостанций на этих танках вызывало зависть у танкистов, воевавших на наших машинах, да и не только у них, но и воинов других родов войск. Мы даже позволяли себе делать подарки радиостанциями, которые воспринимались как «царские», в первую очередь нашим артиллеристам...
Впервые всесторонней проверке радиосвязь подразделений бригады подверглась в январско-мартовских боях сорок четвертого года на Правобережной Украине и под Яссами.
Как известно, на каждом «Шермане» стояло две радиостанции: УКВ и КВ. Первая – для связи внутри взводов и рот на расстояние 1,5–2 километра. Второй тип радиостанции предназначался для связи со старшим командиром. Хорошая аппаратура. Особенно нам нравилось, что установив связь, можно было намертво зафиксировать данную волну – никакая тряска танка не могла сбить ее.
И еще один агрегат в американском танке до сих пор вызывает мое восхищение. О нем, по-моему, мы ранее речи не вели. Это бензиновый малогабаритный движок, предназначавшийся для подзарядки аккумуляторных батарей. Замечательная штука! Расположен он был в боевом отделении, а его выхлопная труба выведена наружу по правому борту. Запустить его для подзарядки аккумуляторов можно было в любой момент. На советских Т-34 в годы Великой Отечественной войны для поддержания аккумулятора в рабочем состоянии приходилось гонять пятьсот лошадиных сил двигателя, что было довольно дорогим удовольствием, учитывая расход моторесурса и горючего».
Наш «танкист на иномарке» дает в основном благоприятные отзывы о «Шерманах». На самом деле у него хватало и недостатков. Сравнивая Т-34 с «Шерманом», надо уточнять, о каких модификациях идет речь, поскольку иначе сопоставление некорректно. На мой взгляд, эти машины примерно одного уровня, но Т-34 более приспособлен к условиям Восточного фронта. Увы, оба танка существенно проигрывали германской «Пантере».


Александр Широкорад
Опубликовано в выпуске № 36 (352) за 15 сентября 2010 года

4 комментария:

  1. я не эксперт. танки мудные

    ОтветитьУдалить
  2. Согласен, Дим. Танки тогда были только у наших и у немцев. Ну, и у пиндосов Шерман. Все остальное не, не танки.

    ОтветитьУдалить